Темы форума

Минога: плавает, но не рыба

В этом разделе собраны интересные статьи о других животных, не относящимся к семейству Theraphosidae
Правила форума
Новости животного мира. Все самое интересное о животных.
Аватара пользователя
Max 452554415
Сообщения: 50
Зарегистрирован: 13 янв 2015, 00:39

Минога: плавает, но не рыба

Сообщение Max 452554415 » 23 мар 2015, 08:32

Красивая Меча, живописный приток Дона, течет в некоторых местах по ущельям, которых, казалось бы, в самом центре Европейской России – в Липецкой области – и быть не должно. Гигантские каменные плиты, изрытые окаменевшими следами и утыканные древними ракушками, 360 миллионов лет назад были морским дном – теперь снова стали дном, только речным.

В морских известняках девонского возраста часто встречаются разнообразные раковины: ромбовидные – брахиопод и спирально-свернутые – головоногих моллюсков. Эти беспозвоночные животные обитают и в современных морях, правда, встречаются не часто. Здесь же попадаются и темные, чешуевидные пластины, иногда даже целые панцири ископаемых существ, похожие на панцири крабов, только без клешней. Однако это совсем не ракообразные, а особая группа позвоночных животных – бесчелюстные. 520–350 миллионов лет назад именно бесчелюстные господствовали среди позвоночных. Девонский период оказался для них переломным: из морей их вытеснили челюстноротые – рыбы и их потомки (земноводные, пресмыкающиеся, птицы и млекопитающие).

Минога - бесхребетное создание: у нее нет позвоночника, да и вообще костей нет.


Последние бесчелюстные нашли пристанище в реках, где и живут до сих пор (миноги), или вернулись в море, но стали паразитами (миксины). Из 50 видов миног около половины составляют паразитические проходные виды: они возвращаются в пресные воды на нерест либо живут там постоянно. Другая половина – безобидные обитатели рек, ручьев и озер.

К ним относится и украинская минога, золотисто-оливковые тельца которой обычно весной извиваются, сплетаясь в небольшие клубки, на освещенных солнцем быстрых мелких перекатах Красивой Мечи и ее притоков. Пока вода не прогреется до 8–11 градусов, миножки (13–21 сантиметра длиной) из своих укрытий в илу и под корягами появляться не желают, несмотря на зов плоти: у них время нереста. Тепло будто разогревает любовный жар. А самцы самой большой из миног (до 1,2 метра длиной и до 2,3 килограмма весом) – морской, не дожидаясь милостей от природы, выделяют тепло сами. Во время нереста у них вдоль спины образуется валик, который нагревается, когда его касается самка. Валик состоит из ткани, по составу очень напоминающей бурый жир, который накапливался в горбах у мамонтов и согревал этих гигантов.

Когда украинские миноги в Красивой Мече сплетаются в объятиях (иногда к одной самке могут присосаться сразу несколько самцов), их можно брать голыми руками. Брать, конечно, можно, но вот удержать… Извивающееся тельце мгновенно выскальзывает из рук: чешуи-то нет. И это – первое отличие современных бесчелюстных от рыб. Благодаря Владимиру Сарычеву, заместителю директора по научной работе заповедника «Галичья гора», удается наловить несколько миног сачком. На суше минога, правда, тоже в руках сидеть не желает, проскальзывая между пальцев, словно бесхребетное создание. Она и правда бесхребетная: у миноги нет позвоночника, да и вообще костей нет. Роль позвоночного столба выполняет хорда – протянувшаяся вдоль спины веретеновидная тонкостенная трубка с полужидким содержимым. Благодаря упругой, словно пружинка, и несжимаемой (внутри-то жидкость) хорде, к которой крепятся мышечные блоки, минога так лихо извивается и хорошо плавает, даже задом наперед. Хорда роднит миногу с челюстноротыми позвоночными: этот орган пожизненно сохранился у химер (хрящевые рыбы), двоякодышащих рыб, целакантов и осетровых. Но у рыб кроме хорды есть и костный скелет.

Если сразу выскользнуть не удается, что случается исключительно редко, миножка пытается укусить. У нее есть несколько десятков роговых губных и краевых зубов и зазубренные язычные пластинки, но использует она пару заднеязычных пластинок. С помощью такого зубного аппарата, который у паразитических миног намного острее, они пробуравливают покровы своих жертв – крупных рыб, а то и китов. Римский ученый Плиний Старший описывал даже нападение миног на человека. Правда, то были специально натасканные крупные миноги, которых держал в своем пруду Ведий Поллион, приятель императора Октавиана Августа: на растерзание миногам он отправлял провинившихся рабов. Присосавшись, минога выпускает в ранку выделения щечных желез, препятствующие свертыванию крови и превращающие мясо в жидкую кашицу. Жертва от этого не погибает, но становится легкой добычей для других паразитов и хищников.

Вот и украинская миножка, прежде чем укусить, присасывается к пальцу с помощью ротовой воронки (челюстей у нее нет). Это еще одно отличие миног от рыб, а также очень важный орган (подчеркивая отличие, миног называют круглоротыми). Ротовая воронка служит миноге, чтобы присосаться к жертве – и ее же самцы используют, чтобы вытолкнуть соперника или, наоборот, удержать самку. Самец ловит избранницу присоской за любую часть тела, а затем перецепляется в теменную часть, обвивает партнершу хвостом и, слегка сжимая ее, помогает метать икру. Оба партнера – самец и самка – используют ротовую воронку и для строительства гнезда. Сначала самец с помощью этого органа, опираясь на хвост, поднимает и уносит с облюбованного им местечка на перекате лишнюю гальку, а затем присасывается к камню побольше и резкими волнообразными движениями тела раскидывает камушки и песок, чтобы получилось небольшое углубление.

В гнездо самка, тоже присосавшаяся к камню, откладывает икру – довольно крупную (более миллиметра в поперечнике) и обильную (до 7 тысяч икринок), к вящей радости собравшихся на дармовой обед гольянов. (Эти мелкие представители семейства карповых, наряду с миногами, являются практически единственными обитателями прохладных мелких речек и ручьев Среднерусской возвышенности.)

Еще три важных отличия миноги от рыб – это отсутствие парных плавников, жаберные мешки (открываются семью парами дырочек по бокам ее «шеи») вместо жаберных дуг и крышек, и небольшое отверстие перед глазами, похожее на замочную скважину. «Скважина» ведет в полость, которая служит и для обоняния, и для восприятия света (в дополнение к глазам). Благодаря хорошему нюху миноги выискивают партнеров, а проходные виды находят устья рек, откуда когда-то сошли в море: они плывут на запах личинок. Светочувствительность обеспечивают сетчатка и хрусталик, хотя он плоский и недоразвитый; третий глаз нужен личинкам, избегающим яркого света.

Личинки – пескоройки, или пескавы, которые через несколько недель вылупятся из икры, настолько непохожие на родителей, что вплоть до середины XIX века их считали совершенно другими организмами. У них не развиты глаза, присоска и плавники, а на месте жаберных отверстий проходят две бороздки. Пескоройки скатываются в тихие заводи, ввинчиваются в ил и, лишь по ночам высовывая оттуда голову, выцеживают из воды мелкие водоросли. Спустя пять-шесть лет они накопят жирку и превратятся во взрослых миног меньшего, чем личинки, размера. Те перестанут питаться (в пищеводе образуется пробка, кишечник рассасывается) и отправятся вверх по речке к месту нереста.

Еще в 1950-е годы миног в наших реках было так много, что крупные виды (каспийскую, речную, тихоокеанскую) вылавливали миллионами штук. Не столько ели, сколько топили на жир для освещения и технических нужд. В начале прошлого века сушеных каспийских миног, на треть состоящих из жира, даже жгли вместо лучины. «В середине 1970-х годов той же украинской миноги во время нереста местами насчитывалось до сотни особей на квадратный метр, а сейчас почти все отечественные виды миног занесены в Красные книги, областные или федеральную: малые реки оказались сильно загрязнены отходами химических предприятий и сельского хозяйства, и личинки-фильтраторы гибли при залповых сбросах, иногда образуя валы на донских отмелях, – рассказывает Владимир Сарычев, пока мы отпускаем посчитанных миножек обратно в Красивую Мечу (самцов уже насчитывается гораздо больше, чем самок: значит, нерест подходит к концу). – А ведь пескоройки – это основной корм крупной рыбы: стерляди, голавлей, налимов, о чем хорошо знали рыбаки, выкапывавшие пескороек для наживки. Поубавилось миноги – и стерляди стало намного меньше».

Разговор продолжает Ольга Сарычева, уже несколько лет изучающая этот вид в реках Верхнего Дона: «Из-за сокращения производства некоторые речки стали чище, но после засухи 2010 года многие нерестилища исчезли, например Сухая Лубна, где совсем недавно украинская минога скапливалась в изобилии. Этот вид, полстолетия назад распространенный во многих реках от Дуная и Западного Буга до Дона и Кубани и описанный академиком Львом Бергом по экземплярам из украинской реки Харьков, сейчас чаще всего, наверное, встречается на Верхнем Дону, особенно в малых реках Липецкой области, таких как Красивая Меча, Семенёк, Воргол, Пальна».

Изучение миног, сохранивших черты древнейших предков всех позвоночных, представляет огромный интерес для биологов. Знания о природе этих существ важны и в других целях. Так, лампредин, который миноги используют для воздействия на жертв, – практически готовое средство для разжижения тромбов и местного обезболивания. А изучение работы особых хлоридных клеток, которые позволяют проходным видам жить в водах очень разной солености, могло бы помочь в лечении гипертонии...

Миноги отнерестились, и Красивая Меча совсем опустела. Будем надеяться, что не навсегда, а только до следующей весны...
Текст: Андрей Журавлев